Показать ещё Все новости
«На третий день в клубе я оказался в тюрьме». Что на самом деле творится во Второй лиге
Григорий Телингатер
Игорь Ершов
Аудио-версия:
Комментарии
Как выживают команды ФНЛ на примере «Текстильщика». Интервью с Игорем Ершовым.

Среди спортивных журналистов Игорь Ершов достаточно известен. Он 12 лет отвечал за взаимодействие со СМИ в московском «Динамо». Затем внезапно стал директором по коммуникациям в «Текстильщике» из Ивáнова. А потом ещё более внезапно полностью возглавил этот клуб. В должности генерального директора он отработал практически весь 2023 год, но в декабре покинул команду. Мы встретились, чтобы он откровенно рассказал о своём приключении.

– Январь 2023 года. Как получилось, что ты возглавил клуб ФНЛ-2?
– Перед Новым годом «Текстильщик» находился в тяжёлой ситуации. Один из спонсоров не выполнил обязательства, и клуб оказался должен буквально всем. В городе у «Текстильщика» сложилась репутация злостного неплательщика. Пришлось распределять бюджет сугубо на ключевые направления. Предыдущий генеральный директор ушёл по семейным обстоятельствам. Перебирали кандидатуры, предложили мне. Изначально я вообще был против.

– Почему?
– И семья не хотела, и я понимал сложность задач. На тот момент у клуба были серьёзные долги. Три недели прикидывал параметры бюджета, как выбираться. Мне помогал вице-президент Алексей Дуданец, который изначально меня и привёз в Иваново. Постепенно пришёл к мысли, что стоит попробовать. К тому моменту клуб по управлению провисал примерно полтора месяца, а я вообще к финансам до этого отношения не имел. Пришлось экстренно погружаться в тонкости отечественного налогового законодательства, находить какие-то нетривиальные решения. Забавно, например, что когда я разговаривал со своим бухгалтером, то для неё 1000 рублей — это деньги с НДФЛ, а для меня — это 1000 рублей уже без налогов. Она говорит, что это у меня чисто московская привычка. Порой путали друг друга. А вообще, первые недели уходил с работы ближе к ночи.

Игорь Ершов в «Текстильщике»

Игорь Ершов в «Текстильщике»

Фото: ФК «Текстильщик»

– А что значит клуб провисал?
– Просто ничего не происходило. Денег не было, сборы не планировались. Когда я пришёл, команда чудом уехала в Новороссийск. Причём автобусом. На коленках собирали сбор в Турции.

– До этого ты не занимался организацией сборов. Как разруливал?
– За время работы в футболе, естественно, обрастаешь контактами. Плюс на меня начали выходить люди: «А давайте мы вас повезём». Мы перебрали варианты, один неплохой отвалился вообще в последний момент. Остались две компании, которые давали один и тот же отель, один и тот же срок. Всё идентично, а разница в цене – миллион.

– Сильно.
– Проблемы возникали только с авиабилетами – их просто не было. Полетели на два дня позже – обычным российским лоукостером, как самый бюджетный вариант. Короче, как-то договорился с собой и с семьёй, решил попробовать. Дети – в первый класс шли, а отец появлялся один-два дня в неделю. Иногда вообще не появлялся. Понятно, что дома такой график не всех порадовал.

«Как переводить деньги? Разве что из Москвы кого-то отправлять с мешком»

– Главный трэш, который случился с тобой в «Текстильщике»?
– Есть в «Текстильщике» массажист Николай Болотов. И вот мы отправились как раз на этот сбор в Турцию. Я тоже приехал, чтобы посмотреть условия и подписать новичков. За обедом смотрю, а наш массажист ничего не ест и весь жёлтый. Спрашиваю: «Михалыч, что случилось?» Он ответил, что плохо себя чувствует. В результате, реально поплохело, прям слёг. Ему вызвали скорую. Турецкие медики глянули и сказали, что надо госпитализировать. Потом перезванивают со словами, что у него камни в почках и их нужно удалять. Спросили: «Даёте добро? А то ему всё хуже и хуже».

– Ты одобрил?
– Я обратился к его родственникам. Решились делать. Удалили, и первые два дня всё было хорошо. Сбор к концу подходил, и мы думали, что как раз его заберём и улетим вместе. И тут позвонили из больницы. Сказали, что ему стало резко плохо – вода в лёгких, плохие анализы крови… Я их спросил, что вообще делать. Ответили, что нужно наблюдать и постараются вырулить. Через два дня звонят и говорят две вещи: «Во-первых, вы не оплачиваете счета, а здесь по $ 1000 за день. Во-вторых, пациента надо вводить в искусственную кому, потому что организм не держит».

– Жесть.
– Команда улетела, а передо мной вопрос, как деньги в Турцию переводить. Прямыми переводами невозможно, потому что у нас все транзакции через Сбербанк, а он под санкциями. Разве что кого-то из Москвы отправлять с мешком денег.

Игорь Ершов

Игорь Ершов

Фото: ФК «Текстильщик»

– А воспользоваться какой-нибудь условной узбекской банковской карточкой?
– Можно, но как мы потом докажем, что это были траты в интересах клуба? В результате приехала его супруга с карточкой другого российского банка, и у неё каким-то чудом прошёл платёж. Что-то вроде € 300. Мы потом туда ей отгрузили нужную сумму, и она смогла всё оплатить.

– Помогло?
– Михалычу начали колоть антибиотики. Около пяти дней он был в абсолютном ауте. Дальше его уже нужно было вытаскивать из комы по всем врачебным правилам. Помню этот момент. Я в Москве играл с детьми, и тут звонок с его номера. Честно, в этот момент представил не самое хорошее. Говорю «алло» и в ответ слышу его голос. Я чуть со стула не упал, а он: «Огромное спасибо, что помогли – со мной всё нормально». Но тут встал новый вопрос – как его вывозить?

– В чём проблема?
– Турки сказали, что ему нельзя лететь обычным рейсом. Нужны капельницы, приборы и наблюдение врачей. Пациент должен быть подключён или не долетит. Здесь нужно сказать спасибо руководству Ивановской области. Подключили местный минздрав, а тот подключил минздрав общероссийский. Смогли организовать самолёт медицины катастроф. Ради простого 67-летнего массажиста из Ивáнова прокрутилась большая государственная машина.

Ещё одна мощная история из Второй лиги
«Мечта стала реальностью». За полгода воспитанник «Зенита» дошёл от Второй лиги до РПЛ
«Мечта стала реальностью». За полгода воспитанник «Зенита» дошёл от Второй лиги до РПЛ

– Перелёт специальным самолётом за счёт Минздрава?
– Платили мы, но по довольно адекватным ценам. Вывезли в Москву, где Михалыч пробыл два дня, а потом транспортировали в Иваново. Через неделю выписали как абсолютно здорового. Спустя месяц пришёл к нам на тренировку, а ещё через две недели вернулся к работе. И не то что не жалуется, а говорит, что даже лучше себя чувствует, чем до всей этой истории.

– Хорошо, что так закончилось.
– Да, но если ты спрашиваешь про самый тяжёлый момент, то представь мою ситуацию. Места себе не находил. К тому моменту я три недели был генеральным директором. Если бы всё сложилось трагичнее, то мог бы находиться сейчас в другом помещении. Бывает такое, кажется, что разрулить уже не получится, но всё равно находятся какие-то пути. Главное, я-то сначала думал, что работа генерального скучновата – подписывай договоры, прикидывай расходы да держи в голове баланс. Оказалось, адское веселье порой.

«За прошедший сезон мы получили от бродкастера около 250 тысяч рублей»

– Поначалу было страшно ставить свою подпись под документами?
– Конечно. А бумаг было столько, что у меня даже подпись изменилась. Например, каждый контракт с футболистом – 21 страница и в двух копиях. Как-то раз пришли несколько игроков и поставил подпись около 200 раз сразу.

– Когда появляются истории вроде Ларина в тюрьме, то каково?
– Вот честно — первый раз я вычитывал договор вплоть до запятой. До последнего момента читал прям каждый договор. Некоторые заворачивал, некоторые сокращал.

– В клубе есть юрист?
– Зимой появился. Но нужно понимать, что найти именно спортивного юриста – проблема. Пришлось взять общего и порой самому его обучать. Спасибо юристу Юрию Зайцеву, который дал несколько важных советов. Мне предлагали людей, которые специализируются на футболе, но для нашего бюджета – дорого. Пускай лучше деньги пойдут на условия для фанатов и футболистов.

– Какой сейчас бюджет у «Текстильщика»?
– Около 130 млн рублей в год. Мы победнее, чем большинство клубов во Второй лиге.

– В РПЛ бюджет «Факела» – около 600 млн рублей. Бóльшую часть этой суммы клуб зарабатывает сам от трансляций РПЛ, титульного спонсора РПЛ, партнёра лиги, а также благодаря Кубку России. То есть при выгодных трансферах даже где-то в перспективе маячит самоокупаемость. А в «Текстильщике» заработки покрывают какой процент бюджета?
– Около 2%.

– Звучит грустно.
– В России мало кто способен сделать клуб прибыльным.

– Сколько получает «Текстильщик» от спонсоров и бродкастера?
– За прошедший сезон мы получили около 250 тысяч. При том что взнос на участие во Второй лиге был более трёх миллионов. Мы можем нормально заработать в Кубке России, где возросли выплаты за проход в каждый раунд.

Игорь Ершов презентует новичка

Игорь Ершов презентует новичка

Фото: ФК «Текстильщик»

– Насколько возросли?
– Не могу раскрывать. Даже РФС не комментирует в специализированных чатах, где задавали эти вопросы. Могу сказать, что такие премии могут быть значительно выше, чем то, что мы зарабатываем от участия во Второй лиге.

– Сколько стоят трансляции матчей Второй лиги?
– В зоне «Б» клубы сами организуют трансляции. В прошлом сезоне делали за свой счёт: показ на четыре камеры стоил в районе 40 тысяч за матч силами местной бригады. Сейчас в зоне «А» трансляцию нам делает Vsporte. Это чуть ли не единственное послабление, которое мы получили от лиги. При этом трансляция на местном телеканале возможна уже только при письменном разрешении, и не факт, что бесплатно. То есть клубу ещё придётся заплатить за показ. Вообще, трансляции – это убыточная история, а не прибыльная. Если, конечно, не найти спонсора и не прокручивать его рекламу.

– Я глянул стоимость билетов на матчи «Текстильщика» – 100 рублей (хотя со скидкой – 50 рублей). При посещаемости в 1000 человек вы зарабатываете в районе 100 тысяч рублей за матч?
– Вроде того. Это не покрывает затраты на организацию матча: ЧОП, скорая, табло, диктор, кассы, маскот, ребята с носилками, печать билетов и программок – если собрать всё, то получается примерно в три раза больше, чем доход от билетов. Хотя были два матча с командами Медиалиги, когда мы получали доход пожирнее – и за счёт большей посещаемости, и за счёт стоимости билетов по 300 рублей. С ними вообще забавно получилось. Когда я приходил, себестоимость одного билета составляла 46 рублей. То есть они были просто золотые! Сейчас себестоимость билета в коридоре от 3 до 4 рублей – в зависимости от тиража.

«Клуб Второй лиги после неудачных матчей устроил проверку футболистов на полиграфе»

– Ты сказал, что спонсор отвалился и уже не на всё хватало денег. Чего не могли себе позволить?
– Когда я пришёл, стоял вопрос банально выплаты зарплат. Её всё равно пришлось задержать, потому что наскребали деньги на сбор в Турцию. Опять же, в Новороссийск на автобусе поехали по той же причине.

– Когда я делал большой материал про долги в смоленском «Днепре», то там зарплаты были до 50 тысяч рублей в месяц. У вас ситуация не настолько печальная?
– Клубы зоны «А» всё-таки могут себе позволить зарплаты побольше. Знаю, что этим летом одна из команд Второй лиги предлагала игроку миллион в месяц. У нас таких возможностей нет – в «Текстильщике» в пять-шесть раз меньше. Наоборот, от нас люди уходили на более высокие зарплаты. А сейчас в зоне «А» зарплату в 50 тысяч можно встретить разве что в «Салюте». В Брянске тоже не особо высокие зарплаты, зато хорошие премиальные.

Кстати, в чемпионате Бангладеш зарплаты такого же уровня
«С тех пор свой паспорт я не видел». Российский футболиcт застрял в Бангладеш
«С тех пор свой паспорт я не видел». Российский футболиcт застрял в Бангладеш

– Бывало, что тебя просили взять игрока по старой дружбе?
– Я пару раз сильно удивлялся. Звонили журналисты, с которыми давно знаком. Оказывается, они помогают некоторым футболистам. Один раз мне набрали и спросили насчёт топового игрока, которого все знают. Я всегда отвечал в таких случаях, чтобы присылали всю инфу, но решение остаётся за тренером Игорем Колывановым и спортивным директором Сергеем Шумейко. Одобрят – окей, а если нет – извините. Ко мне только по условиям имело смысл обращаться – потянем теоретически или нет. А если кандидатуру утвердят, то уже более детально. Кто-то уже на этом этапе отпадал. Мне так предложили одного игрока, но тогда нужно было четверых отчислить из команды, так что без вариантов.

– Футбольные агенты действительно такие мутные, как о них говорят?
– Они – разные. Не нужно обобщать. Я знаю агентов, которые могут футболисту за свой счёт сделать операцию.

– Это кто?
– Например, Андрей Талаев. Вообще, мне во Второй лиге приходилось работать в основном с малоизвестными агентами, хотя бывали и титаны этого рынка. Сталкиваться с каким-то непрофессиональными намёками не доводилось.

– С договорными матчами тоже?
– Понятно, что у футболистов случаются ошибки, но подобных сомнений по матчам «Текстильщика» у меня никогда не было. Хотя знаю, что один клуб Второй лиги после неудачных матчей устроил проверку всех футболистов на полиграфе. Вопросы из серии «делали когда-нибудь ставки?» и «какие букмекерские конторы вы знаете?». Самым убойным был последний вопрос. Когда мне рассказали, я громко смеялся. Вопрос был «состоите ли вы в такой-то террористической организации?». Я потом даже погуглил. Реально есть такая. Почему вдруг в ней мог оказаться футболист – без понятия.

«Информацию по Ефремову слил человек, который проходил рядом. Я знаю, кто это был»

– При тебе были сложные трансферы?
– Артём Гюрджан, который летом ушёл от нас в «Нижний», а сейчас в аренде в «КАМАЗе». Он приехал из Армении на просмотр, прошёл три сбора, и тренеры сказали, что нужно брать. Мы его подписали, начали заявлять, а его международный трансферный сертификат (TMS) находился в Армении. Для понимания: каждая федерация весьма неохотно нажимает кнопки для передачи TMS. Говорят, что много всего проверяют, а тут ещё было закрытие трансферного окна. Можно ждать несколько дней, а можно вообще не дождаться.

– И что делать?
– Желательно иметь своего человека в федерации, который продавит. Мы были просто в шоке. Оставалось два дня – и реально подвисли. Вроде свободный агент, но уходит на отложенный трансфер, а это куча дополнительных документов. Роман Орещук помог – у него нашлись свои люди в Армении. Причём всё организовали, прожали кнопки, однако TMS не пришёл. Выяснилось, что наш человек ошибочно заполнил трансферный сертификат. Неправильно указал клуб, а он – не самый простой.

– Чем ереванский ЦСКА отличается от остальных команд лиги?
– Он чуть ли не единственный государственный в чемпионате Армении. Президент команды – какой-то генерал. Там в Карабахе как раз завертелось. У него дивизии отступают и наступают, а тут звонят и просят подписать какую-то бумажку для «Текстильщика».

– Мог сорваться и трансфер Ефремова?
– Да, и это мой прокол. Я ездил в Ярославль на матч «Шинник» – «Волгарь». Хорошо знаю Анвера Конеева, который как раз возглавлял астраханцев. Я с ним после игры стоял. Слово за слово, обмолвился, что мы планируем подписать Ефремова. После этого «Волгарь» стал бомбить Ефрема, уговаривать всячески перейти к ним. Затем ещё и «Шинник» подключился.

– Вы же дружите с этим тренером. Зачем он слил инфу?
– Слил не он, а человек, который проходил рядом. Я знаю, кто это был.

«Ребята, футбол развивается, уже нельзя управлять клубом в три человека – это колхоз»

– Насколько правдива байка, что во Второй лиге один и тот же сотрудник – массажист, фотограф, маркетолог и аналитик.
– Так оно и есть. У меня в офисе находились 10 человек. И это всё должности, которые должны быть по регламенту. Иначе не дают лицензию. Нужно иметь маркетолога, пресс-атташе, безопасника, специалиста по работе с болельщиками, по цифровым платформам для заявки, по работе с маломобильными группами населения, по финансовой системе. ФНЛ список расширяет. Когда клубы начинают бурчать на тему раздувания штата, то ответ простой: ребята, футбол развивается, уже нельзя управлять клубом в три человека – это колхоз.

– Бюджет маленьких клубов это выдерживает?
– Через пару лет добавят ещё женский футбол. Эта история сильно подожмёт регионы. Клубам нужно будет где-то находить и девочек, и тренеров. Хотя как раз в «Текстильщике» есть женская команда. Одну девочку даже в «Чертаново» пригласили. А вот тренера по работе с вратарями в молодёжке у нас не было. Нашли, наняли и обучаем в Академии РФС. Он нам ещё в школе закрыл эту позицию.

– Знаю, что клубы иной раз лишь формально договаривались с каким-то футбольными школами. Будто они при клубе по документам.
– Сейчас такое уже не прокатит. В ФНЛ стали жёстко отслеживать. Если видят, что клуб не влияет в школе на решения, не может поменять директора или тренера, то сразу запрашивают документы, устав, договоры.

«Спрашиваю, мол, это как? Ответ: «Чёрт, я голову забыл»

– Ты 12 лет работал в пресс-службе «Динамо». Организовывал съёмки, общался с журналистами. А что в этом направлении поразило во Второй лиге?
– Удивило, что спортивных журналистов просто нет. Все, кто хоть немного выбивается, сразу уезжают в Москву.

– После очередного матча начинается пресс-конференция. Приходит тренер с пресс-атташе…
– Вот пресс-атташе и задаёт вопросы, а в зале пара болельщиков сидит, и всё. Лишь изредка выходят интервью с футболистами в местных СМИ.

– Зачем тогда нужна полноценная должность пресс-атташе?
– Требуется по регламенту. Ну и у нас стояла другая задача: мы хотели рассказывать о «Текстильщике» на федеральном уровне. Несколько раз даже получалось.

– Это когда?
– Вот есть принципиальный соперник – «Торпедо» Владимир. Встречи с ним превратились в дерби №1 в лиге. Наш маскот Ванёк заранее отправился во Владимир. Сделали клип, как он творил дичь – ходил с файером по стадиону, на поле залез… Представь, что маскот главного врага гуляет по вашему стадиону. Этот ролик с отсылкой к фильму «Джокер» мощно разошёлся. Во Владимире сказали, что человеку, который был в костюме Ванька, лучше никогда больше не приезжать во Владимир. Хотя с этим маскотом связана ещё одна история.

– Какая?
– Ванёк поехал на матч в Кострому. Игра закончилась, уже все разъехались, и тут мне присылают фотографию с башкой маскота в пресс-центре в Костроме. Я пересылаю кадр нашему человеку, который был в этом костюме. Спрашиваю, мол, это как? Ответ: «Чёрт, я голову забыл». Нас потом девочки из Костромы травили – просили выкуп за голову или отдадут её владимирским фанатам. Там реально были готовы деньги заплатить за эту башку маскота.

«Медиафутбол достиг потолка. Дальше уже только драки, а это – уголовка»

– В Кубке России «Текстильщик» два сезона подряд выбивал команды из Медиалиги. Сначала 2Drots, теперь «Амкал». Ты сказал, что клубы из медиа умрут, когда вернутся еврокубки. Реально в это веришь?
– Я не ожидал, что кто-то обратит внимание на мой пост в соцсетях, которому уже год. Мы тогда прошли 2Drots, и я на следующее утро на эмоциях высказался. А тут откопали и сделали из меня главного хейтера Медиалиги. Но я действительно так думаю и общался с футбольными людьми разного уровня – почти все сказали, что тоже так считают.

– Чуть-чуть расшифруй свою мысль.
– А в чём там фишка? То, что ребята бегают друг за другом с каким-то ссорами?

– Смысл в аудитории – у них она есть. Это уже как реслинг с постановочными драками, который коммерчески успешен.
– Тогда они достигли потолка. Дальше уже только драки, а это – уголовка. Либо нужен совсем трэш, типа игры с двумя мячами или в противогазах. Окей, а дальше что? Такое никогда не превзойдёт матч «Спартак» – «МЮ». На «Амкал» мы уже собрали меньше людей, чем на 2Drots годом ранее. Ощущение, что эта тема Ивáнову уже приелась. Если в следующем году приедет «Родина медиа», то ещё меньше зрителей будет.

«Текстильщик» — «Амкал»

«Текстильщик» — «Амкал»

Фото: ФК «Текстильщик»

– Само собой, она же менее популярна.
– Да, но вопрос в том, соберёт ли матч «Амкал» – 2Drots больше болельщиков, чем ЦСКА – «Спартак»?

– На такое пока никто и не замахивается. Вопрос в том, что «Текстильщик» живёт на 98% за счёт денег области и 2% зарабатывает сам. В то же время клубы Медиалиги могут казаться токсичными, но они прибыльны, а не убыточны. Поэтому на твою фразу обратили столько внимания.
– Я знаю бюджеты «Амкал» и 2Drots – там близко к нашему, но давайте учитывать, на что им приходится тратить деньги, а на что нам. У них сезон короче, толком нет сборов, нет взносов в лигу, нет углублённых медосмотров каждые полгода. Наши выезды – это на потоке Красноярск, Челябинск, Новосибирск, Пермь. У них этого нет. Они варятся в Москве. Ездят с одного стадиона на другой. Нам же аренда «Москвича» в Москве стоила 30 тысяч рублей за тренировку. Просто обидно, что букмекеры хлынули в эту тему, а во Вторую лигу практически нет. Я общался с рядом букмекеров – они говорят, что Иваново их не так привлекает.

Недавнее шоу в Медиалиге – на поле вышел даже тренер «Динамо»
2DROTS перебили «Динамо»! Кузнецов и Личка сыграли за свои команды
2DROTS перебили «Динамо»! Кузнецов и Личка сыграли за свои команды

– Оно и понятно – спонсорам нужна аудитория. А у вас лишь пара болельщиков на пресс-конференции, как ты сам сказал. Что мешает вам так же активно развивать аудиторию через соцсети? Почему медиаклубы с нуля добиваются результатов за несколько лет, а профессиональные команды будто не особо стремятся расширять аудиторию и просто прожигают деньги региона.
– Когда я пришёл в «Текстильщик», у нас в «Телеграме» было 350 подписчиков. Сейчас – 2700.

– Какой был прирост после матчей с 2Drots?
– Никакого. Просто волна – пришла и ушла. Единственное, когда мы вылетели из Кубка России от «Родины», нам накидали 500 комментариев. Фанаты «Амкала» и 2Drots оттоптались на нашем поражении по полной. Они прям ждали. А вообще, нужно понимать, что мы сжаты регионом. Не могу сказать, что «Телеграм» – очень популярная площадка в Ивáнове. Гораздо востребованнее «ВК», где у «Текстильщика» 22 тысячи подписчиков. Было 13 тысяч.

– Похоже, для медиаклубов главная площадка – YouTube.
– В Ивáнове просто нет столько людей, которые там сидят. Да и нет у нас бюджета, чтобы делать конкурсы с Дмитрием Тарасовым. Хотя мы пробуем что-то придумывать. Например, в городе есть женская баскетбольная команда «Энергия». Мы предложили им провести выставочный матч на их арене. Собрали семь-восемь футболистов из «Текстильщика», столько же девочек из «Энергии». Составы перетасовали, устроили битву маскотов, благо голову из Костромы вытащили, запустили прямую трансляцию в YouTube, и получился огонь! Зрителей пришло человек 300. На последней секунде наш парень из молодёжки положил трёхочковый. Там чуть ли не драка началась между тренерами – спорили, был ли заступ.

– Неплохо.
– Да, но никому не интересно. Я закинул спортивным СМИ – особо внимания не обратили. В лучшем случае пару строчек написали. А делать такое каждую неделю и ждать фидбэка мы не в состоянии. Просто нет ресурсов. И это мы ещё можем выделять какой-то бюджет на медиа. А есть клубы, где пресс-атташе делает всё, даже баннеры вешает. Знаю клубы Второй лиги, где этим один человек занимается. На нём же коммерческие отчёты, протоколы, программки… Ему точно не до YouTube. Тем более, что у него не пять зарплат – по одной за каждое направление. Он даже одну ставку недополучает. И если приходит к начальству с вопросом: «А можно мне денег на аквагрим?» — ему отвечают, что о таком будем думать, когда 500 человек начнёт ходить. А как они начнут ходить, если ничего не делать для привлечения людей?

– И какой выход?
– То, что делает ФНЛ с расширением должностей – неплохо, но главное – желание наверху. Без него ничего не будет. Ты хоть сто должностей придумай. В тех же клубах есть номинально числящиеся маркетологи, специалисты по работе с болельщиками и прочее, но это «мёртвые души» или какие-нибудь родственники-друзья, заведённые на ставку, а не на работу.

– А зачем вообще региону «Текстильщик»? Зачем на него каждый год тратят 130 млн рублей?
– Это лицо области.

– Пустые трибуны – такое себе лицо.
– Ну почему пустые? По 2 тысячи человек ходит. После появления Fan ID мы бы и в РПЛ были бы не худшими с таким показателем. Когда я приходил, то были одна точка питания, один туалет и очереди на вход. Про мерч лучше не спрашивай. Сейчас есть диджей, есть маскот Ванёк, появилась продажа атрибутики, аквагрим, три точки питания, твистинг…

– Что-что, прости?
– Это вообще слово года. Шарики надувают. Знаешь, делают собачку или меч – раздают болельщикам бесплатно. На «Текстильщике» сейчас даже бесплатно можно поиграть в FIFA на PlayStation. Договорились с местным киберклубом. Они сами привозят и ставят шатёр с монитором и приставкой. А один раз мы вообще представили болельщикам подставного футболиста.

– Расскажи.
– Я тогда ещё отвечал только за пиар. У нас большая группа игроков находилась на просмотре, но подписаний не было. И фанаты атаковали: «Где трансферы?» Один из болельщиков вбросил: «Нужно подписывать Ивана Миканова – без него никак». Тема завирусилась. Все стали писать про Ивана Миканова. Я стал узнавать, кто это вообще такой? Спросил у человека, который всё это запустил. Выяснилось, что чуть ли не его обычный сосед по лестничной площадке. Раскачали эту историю.

– Каким образом?
– Сначала выложили переписку типа из рабочего чата: «Ну что, когда подписываем Миканова?» Потом сообщили, что перепутали чаты, и объявили о готовящемся трансфере. В результате вышли на реального Миканова, договорились с ним, пригласили его на открытую тренировку, где «подписали» с ним контракт. К парню на матче выстроилась космическая очередь из желающих сфотографироваться и взять автограф.

«Мне даже из УЕФА писали: «Вы теперь после каждого матча тренера меняете?»

– Твой самый необычный опыт работы с болельщиками?
– На третий день в клубе я оказался в тюрьме.

– Что случилось?
– Это было забавно. Нам сказали, что нужен человек, который прочтёт лекцию для заключённых. Такая воспитательная работа. Мы согласились помочь и поехали в СИЗО. Я всё проклял, пока 40 минут заходили. Проверили буквально всё. Но потом к нам привели этих ребят… Кто-то молодой, но уже по рецидиву. Кто-то из школы «Текстильщика». Говорит: «Жалею, что свернул не туда – на закладке попался».

– Что ты рассказал заключённым?
– Про клуб. Как выступает, как планирует развиваться. Нужно понимать, что у заключенных запрещён интернет. Пообещали передавать им диски с играми. Вообще, сильное впечатление осталось, и до сих пор сохранилась деревянная доска, на которой изображён «Текстильщик» и подпись — «от СИЗО». Это был мой третий день в команде.

Работа от СИЗО

Работа от СИЗО

Фото: ФК «Текстильщик»

– А в «Динамо» ты чем занимался 12 лет?
– Всем, что касается пресс-службы. Когда я приходил в 2008-м, то у нас было всего три человека в отделе. Даже фотографа в штате не было. На матчах молодёжки я одновременно вёл онлайн для сайта, работал диктором и фотографом. Причём дикторская находилась наверху, а зона фотографов – внизу. Бегать приходилось прилично, а ещё и текстовую трансляцию вести.

– Это случилось один раз из-за какого-то ЧП?
– Нет, постоянно. Я же говорю, нас было трое – людей не хватало. Бывало, что я и заявкой в еврокубки занимался. То был сезон-2012/2013, когда мы играли с «Данди» и «Штутгартом». У нас тогда за три игры поменялось три тренера: Силкин, Хохлов как и. о., а потом Петреску. Из-за этого каждый раз нужно было перезагружать данные. Мне даже из УЕФА писали: «Вы теперь после каждого матча тренера меняете?»

– Что было самым сложным в твоей работе в «Динамо»?
– Уговаривать футболистов. Они, мягко говоря, не горят желанием давать интервью, подпрыгивать на одной ноге пять раз или сниматься семь часов в новогоднем ролике, сидя на «ВТБ Арене» в продуваемом помещении.

– Ты же, по сути, никак не мог влиять на футболистов?
– Да, но знаю, что сейчас ситуация в «Динамо» поменялась. Есть специальный формуляр, что каждый футболист обязан не менее двух раз в месяц поучаствовать в каком-то мероприятии или дать интервью. Абсолютно адекватная система. К ней давно шло.

– А самое сложное при работе со СМИ?
– Когда журналисты отказываются вносить правки в текст. Интервью с Клинтоном Н’Жье получилось весёлым. Он кучу всего наговорил, а потом прочитал перевод и сказал, что боится такое публиковать. Начали переписывать текст, много правок, но уже журналист Ярослав Сусов упёрся, потому что терялись многие интересные моменты. Клинтон утверждал, что его не так поняли. Хотя, скорее, он действительно наговорил всякого, а потом схватился за голову. Интервью так и не вышло, а мы компенсировали тем, что дали изданию другого футболиста.

«Меня подсидела Полина Лысенко? Насколько мне известно – это фейк»

– Почему тебя убрали из «Динамо»?
– Детали рассказывать не буду. Меня зачехлили одним днём. Вызвали в офис, когда должны были вот-вот назначить Йокановича. Я уточнил, могу ли приехать на пару дней позже, потому что у меня отпуск как раз заканчивался. Ответили, что нужен именно завтра. Я думал, что дело в назначении нового тренера. Приезжаю – мне жмут руку, говорят типа «ты крутой чувак, мы тебе благодарны, лучшая пресс-служба сезона, но клуб принял решение, что дальше без тебя, потому что другой вектор развития». Дали бумагу на выход. Я не особо этого ожидал, но окей, это жизнь.

– Когда понял реальные причины увольнения?
– За два дня собрал информацию. Там желание одних совпало с мнением других.

– Ты кому-то не нравился в клубе?
– Это нормально. Нельзя всем нравиться.

– Ты делал что-то не в интересах «Динамо»?
– Нет. Считалось, что я слишком близок к Сандро Шварцу. Решили, что Йокановичу будет комфортнее с новыми людьми. Забавно, что у меня есть в Сербии очень хороший приятель, а его лучший друг – близкий человек для Йокановича. Но я уже не стал ничего спрашивать.

– Не особо интересно?
– Не вижу смысла. Я потом приезжал на базу, когда «Динамо-2» принимало «Текстильщик». Йоканович сидел рядом со мной. А я ещё с детьми пришёл – он улыбался, глядя, как они бегают между сидениями.

– Даже тогда не стал ничего спрашивать?
– Нет. Он же меня не знает. Для него просто какой-то чудак сидит рядом. Зачем мне лезть к тренеру? Я пообщался с людьми из «Динамо», которых давно знал – было приятно их снова увидеть. Вообще, тогда было намного проще находиться на базе, чем в день увольнения. Тяжело было собирать вещи и прощаться.

Игорь Ершов в «Динамо»

Игорь Ершов в «Динамо»

Фото: ФК «Динамо»

– История о том, что тебя подсидела Полина Лысенко – фейк?
– Да, насколько мне известно. Для неё назначение на должность пресс-атташе стало неожиданностью. Знаю, что сначала даже звонили кое-кому из Питера, но решили назначить Полину.

– Она же при тебе появилась в клубе?
– Да. Сначала работала в SMM. Я уже немного её знал, потому что она нам накидывала идеи. Первое впечатление – тихоня, которая лишний раз своё мнение не выскажет.

– За время в «Динамо» изменилась?
– Прилично, но у меня к ней нет претензий. Спустя пару дней после моего ухода мы переписывались. Она попросила, чтобы я ничего такого не думал. Ответил, что у неё всё получится на новой должности, пожелал удачи. С тех пор вроде не общались, но такое бывает, что люди пропадают из жизни – это нормально.

– Насколько история Полины с Лещуком…
– Без комментариев.

– Почему?
– Хочется говорить о футболе. Тем более если речь о вратарях, то это вообще отдельная каста. Знаю одного голкипера, который с луной разговаривает. Раньше в РПЛ играл. Вот реально — садится ночью и общается. Или, например, Чепчугов – тоже со своими странностями.

– Отсюда и высказывание Лещука про то, что россияне скоро будут летать в США без визы по своему паспорту?
– У Лещука просто такой характер. Скажем так, он за словом в карман не полезет.

– А кто был самым адекватным из футболистов в «Динамо»?
– Огромное количество людей. Кирилл Панченко по человеческим качествам – топ. Володя Рыков очень классный. Или тот же Саша Ташаев. Он, когда уходил в «Спартак», отдал свою банковскую карточку и сказал персоналу: «Сходите в ресторан». А это шёл сбор в Болгарии, и там было классное заведение со средиземноморской кухней, мидиями и всем остальным, что не могло появиться на ужине команды.

– А из тех, кто до сих пор в «Динамо»?
– Паршивлюк. С ним одно удовольствие общаться. Видно, что образованный. Идеально выучил английский, теперь занимается испанским.

«Из-за меня футболистам «Динамо» запретили ездить на велосипедах»

– С кем из «Динамо» у тебя сложились лучшие отношения?
– С Сандро Шварцем.

– Может, ты тогда объяснишь, почему о нём было столько восторженных отзывов? Только из-за игры или ещё из-за чего-то?
– Да, просто человек с большой буквы. Я больше не видел такого отношения к футболистам и другим сотрудникам. Каждый месяц собирал персонал и рассказывал, что и как будем делать. Чувствовалось, что открыт для всех. Ввёл предматчевые пресс-конференции, как в Бундеслиге, мы с ним каждую неделю обсуждали медиаплан. У него было два конфликта с игроками, но его при этом все любили.

– Из-за чего конфликты?
– Один футболист влетел в другого на тренировке и нанёс травму. Шварц выгнал игрока с тренировки, а тот, вместо того чтобы извиниться, дождался тренера у раздевалки и начал возмущаться: «Чего ты меня выгнал?» Это был легионер, и Сандро просто снесло. Шварц потом орал на всю базу. У него ещё была такая манера говорить.

– Какая?
– Он на установке начинал общаться обычным голосом, но уже через две минуты переходил на крик. Всё, чего хотелось футболистам, чтобы он прекратил орать и идти разрывать на поле. А вот в перерыве уже спокойно объяснял, где и как нужно прибавлять. Лишь пару раз громко влетал в раздевалку. У него был свой аналитик Даниэль Фишер, который смотрел игру с трибуны, а в перерыве показывал, в чём команда проседала. Тренеры совещались, а потом доносили информацию до футболистов. После матча мы могли снять на видео эмоции, а вот речи строго запрещалось. Вообще, правил было много.

Крик в раздевалке «Динамо» футболисты помнят до сих пор
Шунин: на тренировках «Динамо» и драки происходят, и разборки

– Например?
– Из-за меня футболистам запретили ездить на велосипедах.

– Что произошло?
– Был сбор в Австрии. Поле находилось на расстоянии от отеля. Мы добирались на велосипедах – я, начальник команды Саша Удальцов, администратор Женя Козлов, доктор Саша Родионов. Как-то раз я набрал скорость, а из-за поворота резко выскочила машина. Дал по тормозам, и следующее, что помню: меня грузят в машину, а при этом всё в крови. Затем воспоминания вспышками: лежу на кушетке, меня осматривают наши доктора, я заезжаю в трубу для КТ головного мозга. А затем оказываюсь в палате. Голова включилась, будто вилку в розетку вставили. Я понял, кто я. Подхожу к зеркалу – всё обмотано бинтами. Короче, навернулся знатно. Забавно, что в трёх метрах от того места, где я бахнулся, стоит небольшой памятный крест – кому-то там повезло меньше меня.

– Долго приходил в себя?
– На следующий день пришёл доктор и заявил, что мне у них неделю лежать. Я объяснил, что у меня завтра контрольная игра со «Спартой». Он на меня посмотрел, будто я псих. Пришлось подписать бумагу, что добровольно покидаю больницу раньше рекомендованного срока. Врачи решили, что от этого сумасшедшего русского лучше действительно избавиться. Меня из больнички привезли прямо на тренировочное поле. Шварц, несмотря на проходившее занятие, подошёл и обнял. После тренировки объявил: «Футболисты на велосипедах больше не ездят, тренеры и персонал – только в шлемах».

***

– Из «Текстильщика» ты ушёл буквально на днях. Что случилось?
– Моя миссия завершена. Я заходил как антикризисный менеджер, чтобы помочь клубу в очень сложной ситуации за счёт каких-то своих знаний и понимания футбола. А получилось или нет – решать не мне. Судя по реакции болельщиков в соцсетях, скорее, да. Я теперь по финансам прокачался. Буду вспоминать время в Ивáнове с теплотой, хотя рассказал только малую часть произошедшего.

Комментарии